Актуальная История
Научно-публицистический журнал

До XIX века

XIX век

XX, XXI века

Прочее

Счётчики и награды

Valid XHTML 1.0 Strict Правильный CSS! Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru ART БлагоДарю

Юрий Бахурин, историк. «ВЫСЛАТЬ НА ВСЕ ВРЕМЯ ВОЙНЫ С ГЕРМАНИЕЙ». Документы о борьбе с «военным шпионством» в начале Первой мировой войны

Недостаточно изученными страницами социальной истории России в годы Первой мировой войны остаются борьба с «немецким засильем», а так же с якобы повальным еврейским шпионажем силами Действующей Армии и с санкции армейского командования. Публикуемые документы, выявленные в документальной коллекции № 157/22 отдела военной литературы Российской государственной библиотеки, знакомят нас с предысторией этих процессов.

Выборка включает в себя 5 приказов войскам 2-й армии Северно-Западного фронта. Мотивировка практически во всех случаях одинакова – подозрение в «военном шпионстве». Следует отметить, что эксцессы с обвинением в нем обыкновенных мещан были, по всей видимости, целенаправленно обнародованы на уровне армии. Однако подобное побуждение нижних чинов к бдительности неизбежно приводило и к всплеску шпиономании.

В текстах приказов встречаются вставки – в уже отпечатанный бланк добавлялись номер статьи, в соответствии с которой к обвиняемым применяли меру пресечения (документ 3), либо формулировка, без которой оказывалось, что человека высылают за его доказанную невиновность (документ 1). Впрочем, обратное доказано не было и германский подданный М.Ф. Шульц отправился в ссылку в Пермскую губернию по причине... отсутствия у него документа, удостоверяющего личность и, как следствие, её подозрительности.Чины Отдельного корпуса жандармов.

Анализ отдельных документов обнаруживает недюжинную изобретательность офицеров контрразведки, привлекающих обывателей к ответственности за попытку перехвата радио- и телефонограмм (документ 2). На сегодняшний день можно с уверенностью сказать, что обвиняемые попросту не могли организовать его, не располагая сложной и дорогостоящей техникой, а так же навыками дешифровки. Ведь для успешного радиоперехвата им была необходима стационарная радиостанция, а не «телефонные приспособления», прослушивание же телефонных переговоров требовало предварительной прокладки изолированного провода протяженностью 150–200 м на расстоянии 50 м от русской линии связи с подключением прослушивающего аппарата[1]. Этот пример особенно показателен на фоне событий Восточно-Прусской операции, когда шифровкой собственных передач по полевому телеграфу пренебрегали как русские, так и германские войска.

Можно было бы предположить, что подобные примеры неоправданных взысканий были вызваны неудачным для России началом войны и попыткой найти ему оправдание в толще инородческого слоя населения, заподозренного в нелояльности. Однако едва ли это так – и в октябре, и в ноябре 1914 г. Совет министров склонялся ко мнению, что «предпринятая с начала войны высылка в отдаленные от театра войны местности Империи… австрийских, германских и венгерских подданных… является в данном вопросе паллиативом»[2].

 Наряду с этим для русского командования было важно не допустить падения доверия Действующей Армии к генералитету, обильно представленному немцами (накануне Первой мировой войны немцем являлся, по разным оценкам, каждый пятый[3] или даже четвертый[4] генерал Русской императорской армии). Однако показательные, суровые взыскания за распространение крамольных слухов (документ 4) выглядят непоследовательной мерой на фоне стремительного распространения германофобии в войсковой среде и обществе.

Лист из дела Исроэля Лейбова Кацеленбогена, мещанина из Городца Гродненской губернии, высланного из Риги в октябре 1914 года вслед за своим братом, заподозренным в шпионаже.Приказ о выселении еврейских семейств Перец и Бродерзон из пос. Мышенец Ломжинской губернии (документ 5), на первый взгляд, диссонирует с остальными документами, однако был включен в подборку не случайно. В научной литературе преобладает мнение о необоснованности большинства обвинений контрразведкой евреев в их нелояльности в 1914–1915 гг.[5] В данном случае вина фигурантов была доказаны и не вызывает сомнений. Однако это исключение лишь подтверждает тезис о том, что логика борьбы с «внутренним врагом» среди евреев и немцев была общей, как и способы её реализации.

Следует подчеркнуть, что высланные в соответствии с публикуемыми приказами обыватели не являлись беженцами[6]. Однако именно их преследование в рамках оккупационного режима положило начало развитию комплекса мер по ликвидации «немецкого засилья» и массовому интернированию евреев из прифронтовой полосы. Одновременно с этим правительство приступило к разработке законопроектов, направленных против землевладения выходцев из Германии[7]. Из всего перечня негативных последствий этих не всегда оправданных, радикальных мероприятий на всем протяжении Северо-Западного фронта одного лишь всплеска шпиономании оказалось достаточно для издания обратного по духу приказа Верховного Главнокомандующего № 524 от 26 июня 1915 г., в котором тот обещал «на всякое подпольное обвинение лиц, ни в чем неповинных, или только носящих нерусскую фамилию… я буду смотреть, как на попытку… внести смуту в рядах нашей доблестной армии». В мае 1915 г. министр внутренних дел А.Н. Хвостов на заседании Совета министров укажет на то, что предпринимавшиеся в отношении еврейского населения репрессивные меры не оправдываются его действительным поведением, поскольку оно в целом остается лояльным и не может нести ответственность за действия отдельных лиц[8]. Кризисные явления в аграрной сфере, порожденные ударом по хозяйствованию немецких колонистов, проявятся еще позже. И сгладить их уже будет невозможно ничьим волеизъявлением и приказом.

Все документы публикуются впервые. Текст машинописный, часть приказов скреплена подписями. Фрагменты текста, заключенные в <скобки> и выделенные жирным шрифтом, являются вставками в текст. Рукописные пометы в тексте выделены курсивом.

Вступительная статья, примечания — Ю.А. Бахурин, аспирант кафедры истории Московского государственного областного социально-гуманитарного института.

Документ 1.

Войскам 2-й Армии Северо-Западного фронта
12 Августа 1914 года гор. Остроленка

№ 23

Из произведенного дознания о задержанном военными властями по подозрению в военном шпионстве Германском подданном Михеле Фердинандове Шульце, 50 лет, выяснилось, что названный Шульц не представил в удостоверение своей личности никаких документов, и хотя дознанием не подтвердилось обвинение его в шпионской деятельности <тем не менее личность его является подозрительной> а потому признавая присутствие его в районе действий 2-й армии нежелательным и вредным, я, на основании п.4 ст.415 Положения о полевом управлении войск в военное время изд. 1914 года, предписываю выслать его, Михеля Шульца, из района Армии в Пермскую губернию на все время войны с Германией.

Документ 2.

№ 24

Из представленного мне Военным Прокурором Общего Суда корпусов 2-й Армии Северо-Западного фронта заключения и предварительного следствия о мещанине гор. Василькова Сокольского уезда Гродненской губ., Викентии Осипове Познанском и прусско-поданных Карле-Бруно Гаушильде и Елисавете Эдуардовне Киршнер, усматривается, что названные лица обвиняются в том, что желая оказать содействие Германским войскам в отношении разведки в случае войны Германии с Россией, они обвиняемые, действуя по взаимному между собою соглашению, в период времени между половиной 1913 года и 22 Июля 1914 года включительно, устроили с указанной целью в гор. Белостоке, т. е. в местности, состоящей с 19 Июля 1914 года по случаю по случаю войны Германии с Россией на военном положении, оптическую сигнализацию и телефонные приспособления для перехватывания и подслушивания телефонных разговоров и телеграмм, касающихся сосредоточения и передвижения наших войск однако преднамеренного содействия оказать не успели так как описанные их приспособления 22 Июля 1914 года были обнаружены и вместе с ними самими заарестованы что предусмотрено 9 ст. Уложения о Наказаниях Уголовных и Исправительных[9], 269[10] и 243[11] ст. ст. XXII кн. Св. Воен. Пост. 1869 года изд. IV.

За изложенное деяние, на основании 17 ст. приложения к 23 ст. II т. Св. Зак.и 1335[12] и 1371[13] ст. ст. ВЫСОЧАЙШЕ утвержденного 20 Июля 1914 г. проекта IV разд. Устава Военно-Судебного русско-подданный мещанин Викентий Познанский и прусско-подданные Карл Гаушильд и Елизавета Киршнер предаются мною Общему Суду корпусов 2-й Армии Северо-Западного фронта.

Документ 3.

П Р И К А З
ПО ВОЙСКАМ 2-Й АРМИИ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ФРОНТА
27 Августа 1914 года. Город Остров.

№ 43.

Из представленной Военным Генерал-Губернатором гор. Варшавы переписки, с дознанием о казаке 6-го Донского казачьего полка Трофиме КАГАЛЬНИЦКОМ, усматривается, что названный казак обвиняется в том, что 8-го сего Августа при переезде на подводе на железнодорожную станцию ''Млава'', а также со станции ''Варшава Ковельская'' – в Варшавско-Уяздовский военный госпиталь он, умышленно, с целью распространить среди войск слухи, заведомо могущие вызвать беспорядок в войсках, рассказывал нижним чинам, что его Начальник дивизии немец, который свою дивизию ставил против неприятеля так, чтобы последний сильней расстрелял бы наши войска и вообще оказывал содействие неприятелю, что предусмотрено 246/1 ст.[14] кн.XXII Св. Воен. Пост. 1869 г. изд.4, а потому казака 6-го Донского казачьего полка Трофима Кагальницкого, на основании ст.ст.<1335>1336 и 1347 разд.IV Военно-Судебного Устава ВЫСОЧАЙШЕ утвержденного в 20 день Июля 1914 года, предаю Общему Суду корпусов 2-й армии Северо-Западного фронта. Подлинный подписал: Командующий 2-й армией Генерал-от-Кавалерии ШЕЙДЕМАН. Верно: Старший Адъютант, Подполковник Писарев.

Документ 4.

П Р И К А З
ПО ВОЙСКАМ 2-Й АРМИИ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ФРОНТА
3-го Сентября 1914 года.

№ 54.

Из дознания по делу о прусско-подданном Болеславе Валентьеве ЯДРИЧАКЕ /он же Андрейшак/, обвиняемом в военном шпионстве в пользу Германии, выяснилось, что он стремился собирать о нашей армии сведения военного характера и заводить широкое знакомство с нижними чинами железнодорожными служащими и полицейскими чинами, ради получения от них этих сведений, что дает основание заключить, что возводимое на него обвинение, хотя и не подтвержденное фактическими данными, делает присутствие его в районе ВЫСОЧАЙШЕ вверенной мне армии нежелательным а потому он Ядричак, Андрейшак тож, подлежит высылке в Архангельскую губернию на все время войны с Германией.

СПРАВКА: П.4 ст.415 Положения о полевом управлении войск в военное время.

Документ 5.

К о п и я.

Не подлежит оглашению.

П Р И К А З
ВОЙСКАМ 2-Й АРМИИ, ВХОДЯЩЕЙ В СОСТАВ АРМИЙ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ФРОНТА
2-го Сентября 1914 года.

№ 50.

Из переписки с дознанием, представленной в Штаб ВЫСОЧАЙШЕ вверенной мне армии Начальником Жандармского Управления Остроленского, Островского и Маковского уездов при рапорте от II-го сего Августа за № 243, по делу об обвинении жителей пос. Мышинца, Остроленского уезда Ломжинской губернии, евреев Ионы Иоселева и Нафтуля Ионова ПЕРЕЦ и Вольфа Шаева БРОДЕРЗОНА в шпионстве в пользу противника и в дружелюбном отношении к немецким войскам[15], вторгающимся временами в пос. Мышинец выяснилось, что все изложенные обвинения подтвердились показаниями свидетелей полностью, а потому признавая присутствие названных евреев в районе действий армии нежелательным и вредным, я согл. пункта 4 ст.415 Положения о полевом управлении войск в военное время, изд.1914 г., предписываю Иону и Нафтуля Перец и Вольфа Бродерзона выслать в Архангельскую губернию на все время войны с Германией. Все недвижимое имущество Ионы Переца, состоящее из пивоваренного завода и усадьбы в 25 моргов земли и Вольфа Бродерзона, заключающееся в лавке, подвергнуть секвестру, на основании пункта II ст.415 того же положения в пользу казны.

___________________________________________

[1] Кириллов А.В. Радиоэлектронное противоборство влияло на ход операций Первой мировой войны. «Военно-исторический журнал». 2004. № 8. С. 47.
[2] Цит. по: Особые журналы Совета министров Российской империи. 1909–1917 гг. / 1914 год. М., 2006. С. 505.
[3] Меленберг А.А. Немцы в российской армии накануне первой мировой войны. «Вопросы истории». 1998. № 10. С. 130.
[4] Жильцов К.В. Каждый четвертый из генералов... Немецкие военачальники в русской армии (1905–1914 гг.). «Родина». 2007. № 10. С. 71.
[5] См., например: Гольдин С. Евреи и шпиономания в русской армии в годы Первой мировой войны. «Лехаим». 2007. № 3.
 [6] «Лица, высланные из района боевых действий под надзор полиции, к числу беженцев не относятся». Цит. по: Законы и распоряжения о беженцах. Изд. 2-е, знач. дополненное. М., 1916. С. 2.
[7] Дякин В.С. Первая мировая война и мероприятия по ликвидации так называемого немецкого засилья. В кн.: Первая мировая война 1914–1918. М., 1968. С. 228.
[8] Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ). Ф.579. Оп.1. Д.2027. Л.22.
[9] «Покушением на преступление признается всякое действие, коим начинается или продолжается приведение злого намерения в исполнение». Цит. по: Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1885 года. Изд. 12-е, пересм. и доп. СПб., 1904. С. 12.
[10] «На сем же основании подвергаются наказаниям лица гражданского ведомства, находящиеся в местностях, объявленных на военном положении, за преступления, означенные в Правилах о сих местностях (прил. к ст. 23 т. II Свод. Зак., Общ. Учр. Губ., изд. 1892 г.). Тем же наказаниям подлежат и жители неприятельских областей, Армиею занимаемых, за все преступления, указанные в 1314 статье Устава Военно-Судебного (С. В. П., 1869 г., XXIV, изд. 3), и на основаниях, в ней изложенных, если с занятием области не последует особого в этом отношении повеления Главнокомандующего Армиями (п. 9 ст. 34 Высоч. утв. 26 февр. 1890 г. Полож. о полев. упр. войск в воен. время), которое будет объявлено во всеобщее известие». Цит. по: Воинский устав о наказаниях (С. В. П. 1869 г., XXII, изд. 3). Сост. Д.Ф. Огнев. Издание 4-е. СПб., 1912. С. 306.
[11] «Виновный в способствовании или благоприятствовании неприятелю в его военных или иных враждебных против России действиях признается государственным изменником и подвергается: лишению всех прав состояния и смертной казни». Цит. по: Воинский устав о наказаниях. С. 296.
[12] «Корпусным судам и военно-окружным судам театра военных действий подведомственны дела о преступлениях и проступках воинских чинов, лиц, принадлежащих к войску, лиц гражданского ведомства, военно-пленных и жителей неприятельских областей, армиею занимаемых, за исключением дел, подведомственным полковым и этапным судам». Цит. по: Устав военно-судебный (Св. Воен. Пост. 1869 г., кн. XXIV, изд. 4). С позднейшими узаконениями, законодательными мотивами, Разъяснениями Главного Военного Суда, Правительствующего Сената, приказами по Военному Ведомству, циркулярами Главного Штаба и Главного Военно-Судного Управления и проч. / Швейковский П.А. СПб., 1914. С. 11.
[13] «Все прочие лица, подсудные военному суду, предаются сему последнему: за преступления и проступки, совершенные вместе с военнослужащими или лицами, поименованными в пункте 1 и 2 статьи 1327 и в статье 1370 сего Устава,— теми военными начальниками, от которых зависит предание суду сих последних, а за преступления и проступки, совершенные без участия военнослужащих или лиц, поименованных в п.п. 1 и 2 статьи 1327 и в статье 1370, — военными начальниками, которым подчинены или в ведении которых находится место, где совершено преступление, а если начальники эти не пользуются правами полкового командира, то высшим, в порядке подчиненности, начальником, пользующимся означенными правами». Цит. по: Устав военно-судебный. С. 15.
[14] «Виновный в умышленном распространении среди войск слухов, заведомо могущих вызвать робость или беспорядок в войсках, подвергается: лишению всех прав состояния и смертной казни, или ссылке в каторжные работы от четырех до двадцати лет, или без срока.
Если же означенное деяние совершено по неосмотрительности, то виновный подвергается: заключению в крепости от одного года четырех месяцев до четырех лет или одиночному заключению в военной тюрьме от одного до четырех месяцев». Цит. по: Воинский устав о наказаниях. С. 298.
[15] Бродерзон содержал пивную лавку, в которой немцы пили пиво. Перец содержал пивоваренный завод, а также лавку в Домброве при таможне. Немцы с разрешения хозяина забирали из лавки хлеб. 5 июля 1914 г. за раздачу войскам противника хлеба и пива Перец был задержан. 3 недели спустя комендант Мышенца отдаст приказ всему еврейскому населению поселка (около 2000 человек) немедленно покинуть его. См.: ГА РФ. Ф.579. Оп.1. Д.2011. Л.32об, 36–37.


info@actualhistory.ru Все права защищены / Copyright 2008—2012 Редакция и авторы