Актуальная история

Научно-публицистический журнал

До XIX века

XIX век

XX, XXI века

Прочее

Алексей Исаев. СКАНДАЛ, ИНТРИГА, НО НЕ РАССЛЕДОВАНИЕ

 В первую очередь хотелось бы отметить достоинства показанного по НТВ фильма. С точки зрения зрителя «погружение» в описываемые события сделано хорошо. Черно-белую хронику и интервью перемежают врезки, в которых актеры и реконструкторы воспроизводят описываемые события. Ведущий А. Пивоваров появляется среди атакующих бойцов, входит в блиндаж попавшего в окружение генерала, присутствует на совещании в Кремле. Столь же яркие впечатления оставляют эпизоды, в которых второй ведущий (К. Гольденцвайг) описывает униформу, вооружение войск сторон, дает биографическую справку по немецкому командующему Вальтеру Моделю. Авторы фильма также избежали изображения немцев как «просвещенных европейцев»: обращение с пленными и населением показано предельно жестко и становится противовесом словам немецкого ветерана о характере общения с местными жителями. Также создателям фильма удалось подобрать яркие детали, иллюстрирующие события. Таковой, например, является эпизод с телефоном, через который Гитлер лично услышал подрыв моста через Волгу в районе Ржева. История города Ржева иллюстрирована цветными фотографиями Прокудина-Горского, цитаты из мемуаров не просто зачитываются, но и показываются фраза за фразой с помощью спецэффектов. Одним словом, видеоряд получился ярким и запоминающимся.

'Тигров' под Ржевом ни в 1942 г., ни даже в начале 1943 г., безусловно, не было и не могло быть.

Вкрадывающиеся в видеоряд фильма мелкие неточности не мешают просмотру. К таковым относится, например, немецкий тяжелый танк «Тигр», бьющий по наметанному глазу в хронике уже на пятой минуте фильма. «Тигров» под Ржевом ни в 1942 г., ни даже в начале 1943 г., безусловно, не было и не могло быть. Так же как и советских танков Т-34–85 выпуска 1944–45 гг. Однако повествование захватывает в достаточной степени, чтобы не обращать внимание на мелкие нестыковки в подборе хроники.

Впрочем, «захватывает» это не совсем верный термин. Чаще все же не захватывает, а «удивляет». В сущности А. Пивоваров своим фильмом подтвердил тезис о том, что Ржевская битва по сей день остается недостаточно исследованной. Только этим можно объяснить тот факт, что при поверхностном поиске московских историков, способных что-то сказать про Ржев, удалось найти только человека, чьей единственной темой является 33-я армия М. Г. Ефремова. История этой армии, имеющая, прямо скажем отдаленное отношение к битве за Ржев, занимает добрую треть фильма. Достаточно сказать, что 33-я армия в описываемый период была на левом фланге Западного фронта, а Ржев — на правом. Соответственно с войсками оборонявшейся в районе Ржева 9-й армии части армии Ефремова даже не соприкасались. Ни по своим масштабам, ни по реальному значению в истории войны этот эпизод не идет ни в какое сравнение с Ржевской битвой. Численность окруженной 33-й армии составляла менее 20 тыс. человек (12780 человек на 11 марта 1942 г.). Сравните с назваными в фильме цифрами численности войск сторон, задействованными в сражении в целом.

Более того, фактически 33-я армия стала «Малой землей» нового времени, темой вытоптаной и носящей в значительной степени ритуальный характер. Причем уже давно: в «Воспоминаниях и размышлениях» Г. К. Жукова фамилия «Ефремов» в главе о битве за Москву упоминается 19 раз. Для сравнения: фамилии командующих 49-й и 50-й армиями Западного фронта генералов Захаркина и Болдина соответственно встречается всего по два раза. Идти проторенным путем и описывать историю 33-й армии в качестве центрального эпизода наступлений на московском направлении означает оставлять без внимания куда более сложные и важные страницы боев зимы 1941–42 гг. К их числу относится Ржевская битва, заявленная как главная тема фильма. Помимо Ржева можно указать на позиционное сражение за Юхнов, продолжавшееся два месяца.

Что самое обидное, даже хронология разгрома 33-й армии в фильме перепутана. Документальный фильм это не прямой эфир и ничто не мешает оттачивать формулировки и не путаться в датах. Однако окружение армии Ефремова ведущий на восьмой минуте фильма датирует 10 января 1942 г. Десятого числа 33-я армия была под Вереей, между 5-й и 43-й армией и никакое окружение ей не угрожало. Окружение произошло лишь три недели спустя, в первые дни февраля 1942 г. Тогда армия Ефремова была переброшена на другой участок фронта, дальше от Ржева. Утверждение о том, что командарм просил разрешения прорваться, а ему отказывали также никак толком по времени не привязано и поэтому звучит странно. Например, в свете того, что 25 марта 1942 г. Ефремов пишет Жукову: «Если бы Вами был дан нашей группе в ближайшие дни десант вооруженного пополнения, мы, безусловно, не только очистим коммуникации, но могли бы в первых числах апреля уже наступать на Вязьму». Мало похоже на просьбы о прорыве, не правда ли? История с прорывом и запретом на него это, очевидно, сильно искаженный вариант дискуссии о маршруте выхода 33-й армии из окружения. Он был изложен еще в мемуарах Жукова. Согласно его версии, он предлагал вывести армию Ефремова по тому же маршруту, по которому вышли из под Вязьмы кавалеристы Белова т. е. кружным путем через Киров. Командующий 33-й армией настаивал на прорыве по кратчайшему маршруту, и этот вариант был поддержан Сталиным. Т.е. не «прорыв, запрет и как следствие — гибель армии», а обсуждение вариантов прорыва, каждый из которых имел свои недостатки. Следов этой дискуссии с участием Жукова, Ефремова и Сталина в архивах, кстати, не обнаружено.

На 16-й минуте фильма находящийся в окружении Ефремов разговаривает со штабом фронта по проводному телефону

Местами повествование вызывает сдержанный смешок. Так на 16-й минуте фильма находящийся в окружении генерал Ефремов разговаривает со штабом фронта…по телефону. Видимо по спутниковому, присланному из будущего незадачливым консультантом. Или немцы пробросили провод через линию фронта и поклялись на томике «Майн Кампф» не подслушивать. Карта, призванная показать прорыв Ефремова к Вязьме показывает нам 33-ю армию, наступающую широким фронтом. Как такое вклинение могли отсечь — непонятно. В действительности прорыв был осуществлен через небольшую брешь в построении немецких войск, см. карту из статьи сына Ефремова  Еще более убийственное впечатление производит причисление полка диверсантов «Бранденбург 800» к формированию из советских перебежчиков. Это было элитное подразделение Вермахта, созданное до 1941 г., в составе которого были знающие русский язык люди. Но это были немцы, а не найденные в лесах перебежчики.

 Карта, призванная показать прорыв Ефремова к Вязьме показывает нам 33-ю армию, наступающую широким фронтом.

Поскольку выжать из истории с Ефремовым многого нельзя, начинаются передергивания. На 23 минуте фильма нам сообщают, что 5 марта 1942 г. действовавшие совместно с Ефремовым кавалеристы Белова освободили город Юхнов. В числе соединений, освобождавших Юхнов 1-й гв. кавкорпус Белова не значится. Достаточно заглянуть в широко известный справочник «Освобождение городов». В этом качестве там фигурируют 133 сд и 34 сбр 49-й армии Захаркина (упоминавшегося в мемуарах Жукова гораздо реже Ефремова). Город освободили и вообще технически имели возможность это сделать войска одной из армий Западного фронта, а не окруженцы под Вязьмой. Еще одним передергиванием является высказанный на 30-й минуте фильма тезис о том, что навстречу 33-й армии никто не пробивался. 43-я армия Западного фронта пыталась пробиться к окруженным, но безуспешно. Ее потери в этих боях были сравнимы с численностью окруженной группировки 33-й армии.

В принципе время, потраченное на сбивчивое описание судьбы 33-й армии и ее командующего, можно было бы просто списать. Однако из-за этой посторонней темы вся ткань повествования начинает расползаться. Посередине описания судьбы Ефремова неожиданно вклинивается эпизод с окружением 29-й армии в мончаловских лесах. Как случилось это окружение, где это было и кто в нем виноват — из фильма остается неизвестным. Видимо, зрительно должен подумать (додумать?), что «во всем виноват Чубайс» т. е. командующий Западным фронтом Г. К. Жуков. Между тем 29-я армия подчинялась соседнему фронту, командовал которым И. С. Конев. Точно так же повествование об окружении и разгроме 39-й армии летом 1942 г. обошлось без упоминания о том, что она подчинялась И. С. Коневу.

Дело было даже не в том, что была пропущена благодатная тема сравнения действий двух военачальников. Фактически советское командование в фильме обезличивается и сводится к одной фигуре — Г. К. Жукову. В лучшем случае дополняемого И. В. Сталиным.

Конев мелькает в описании событий зимы 1941–42 гг. один раз, когда в фильме показывается завязка сражения за Ржев. Конева и Жукова показывают на совещании в Кремле 5 января 1942 г. Смысл его оказался в фильме искажен, несмотря на попытку изложить его суть по «Воспоминаниям и размышлениям». По фильму получается, что Сталин настоял на наступлении, несмотря на то, что ему говорили об измотанности войск.

В действительности у Жукова написано следующее:

«— На западном направлении, — доложил я, — где создались более благоприятные условия и противник еще не успел восстановить боеспособность своих частей, надо продолжать наступление. Но для успешного исхода дела необходимо пополнить войска личным составом, боевой техникой и усилить резервами, в первую очередь танковыми частями. Если мы это пополнение не получим, наступление не может быть успешным.

Что касается наступления наших войск под Ленинградом и на юго-западном направлении, то там наши войска стоят перед серьезной обороной противника. Без наличия мощных артиллерийских средств они не смогут прорвать оборону, сами измотаются и понесут большие, ничем не оправданные потери. Я за то, чтобы усилить фронты западного направления и здесь вести более мощное наступление».

Как мы видим, сама суть совещания у Сталина 5 января 1942 г. оказалась утрачена. Жуков как раз был за продолжение наступления. На совещании обсуждался не вопрос продолжать или не продолжать наступать, а распределялись накопленные резервы. Запрошенные Жуковым войска были в распоряжении Ставки, но отправились под Ленинград и на юго-западное направление. При этом нам демонстрировали на экране текст «Воспоминаний и размышлений» на нужной странице. Так что сказать, что авторы его не прочитали нельзя.

Появляющаяся после рассказа о совещании 5 января 1942 г. карта отражает линию фронта не на начало, а на конец московской битвы

Промахи в произносимом ведущими тексте могли бы быть компенсированы графическими материалами. Однако если отбор иллюстрирующей фильм кинохроники можно назвать хорошим, то анимированные карты — чудовищные. Дело даже не географических нестыковках (например, протекающая между Ржевом и Москвой река Волга). Карты попросту не соответствуют периоду повествования. Так появляющаяся после рассказа о совещании 5 января 1942 г. карта отражает линию фронта не на начало, а на конец московской битвы. Соответственно попытки хлестать по этой линии фронта стрелочками мало соответствуют закадровому тексту. На этом создатели карт не остановились и в следующем эпизоде немецкие войска подходят к Сталинграду… непринужденно форсируют Волгу к северу и югу от города и почти окружают его. Никакого отношения к действительности эти замысловатые маневры, разумеется не имеют.

Однако рано или поздно тема первого сражения за Ржев, сильно разбавленная повествованием о 33-й армии, должна была исчерпаться. Происходит это примерно в середине фильма. Т.е. на одно из четырех сражений за Ржев была потрачена почти половина экранного времени. Оставшиеся три сражения (август-сентябрь 1942 г., «Марс» и эвакуация немцами Ржевского выступа) были плотно утрамбованы в оставшиеся 35–40 минут. Заметим, что история самого города Ржева также утрамбована в эти 35–40 минут. Такое разделение фильма трудно назвать оправданным. Оно минимум спорное и нелогичное. Особенно в свете того, что вызывающим самые ожесточенные споры историков сражением за Ржев является операция «Марс» ноября-декабря 1942 г.

Авторы фильма об этих спорах не осведомлены и излагают события в русле версии о том, что наступления под Ржевом предпринимались ради помощи советским войскам на Сталинградском направлении. Такой подход автоматически ставит Ржевскую битву в подчиненное положение относительно сражения за Сталинград. Тем самым оправдывая ее замалчивание в советское время. Сейчас идет дискуссия как раз о том, чтобы выделить Ржевскую битву, отделив ее как от битвы за Москву, так и от Сталинградской битвы.

Описание позиционных сражений за Ржев лета-осени 1942 г. в фильме идет на бытовом уровне. Т.е. немцы расстреливают волны атакующей советской пехоты «загоняемой как скот» (цитата их фильма). На самом деле воздействие шло на обе стороны, участвующие в сражении. И в отсутствие ветеранов можно обратиться к письменным источникам. Тем более недостатка в них нет. Например, Август фон Кагенек в книге «Война на Востоке. История немецкого полка, 1941–1944 гг.» пишет о летнем сражении за Ржев следующее:

«Вражеская атака была неслыханной силы, наиболее интенсивной с самого начала кампании. Хоке, командир батальона, описал первый день этой битвы в книге, написанной по запросу дивизии осенью 1943 г., но которая никогда не была опубликована, запрещённая министерством пропаганды Геббельса, как слишком жестокая, слишком реалистичная для немецкого народа.

«Мы двигались к передовой в рассыпном строю. Адский огонь артиллерии и миномётов противника обрушивался на наши траншеи. Плотные клубы дыма закрывали от нас передовые позиции. Невообразимо, это количество артбатарей и ракетных установок всевозможных типов, неописуемый звук «Катюш». Как минимум, от 40 до 50 «сталинских органов» стреляли одновременно. Бомбардировщики и истребители-бомбардировщики приходили и уходили с резким звуком своих моторов. Мы никогда ещё не видели такого в России. Бог знает при этом, что у нас за плечами уже было тяжёлое прошлое. Но кажется, что наиболее тяжёлое нас ещё ожидало. Мы перебегаем от воронки к воронке, чтобы укрыться от осколков снарядов. Ещё 500 метров до первой траншеи. Раненые бредут нам навстречу. Они рассказывают, что впереди очень плохо. Очень большие потери. Русские уничтожали наши технику и вооружение, ровняли наши позиции с землёй.»

То, что за этим последовало, было чередой актов героизма, как с одной, так и с другой стороны. Это больше не было войной автоматов и пулемётов, ручных гранат и пистолетов, как зимой. Это был «Materialschlacht», битва техники Первой Мировой войны, битва, в которой атакующий пытался уничтожить противника сталью, ливнем стали, летящей в воздухе и несущейся на гусеницах, когда человек вмешивался только в последний момент, чтобы уничтожить, на этом лунном пейзаже, то, что ещё выжило в мясорубке...»

18-й пехотный полк, историю которого описывает Кагенек, находился именно под Ржевом, у Полунино в августе 1942 г. Перед нами реальная картина «с другой стороны фронта», когда на обороняющихся обрушивается шквал огня артиллерии. Позиционное сражение отнюдь не является игрой в одни ворота. Прежде всего из-за непрерывного воздействия артиллерии на прикованного к своим позициям обороняющегося. Даже если тот или иной населенный пункт не был взят в ходе штурма, это не означает, что его защитники вышли сухими из воды.

Также немцам приходилось проводить контратаки под огнем сконцентрированной для прорыва обороны советской артиллерии. Биограф Моделя С. Ньютон приводит в своей книге эпизод, касающийся использования дивизии «Великая Германия» в боях за Ржев. Ньютон пишет: «Дивизии пришлось провести серию кровопролитных контратак при минимальной поддержке других дивизий. 30 сентября офицеры и солдаты этой элитной дивизии едва не взбунтовались. 2-й пехотный полк под командой полковника Ойгена Гарски получил директиву из штаба армии провести контратаку, несмотря на превосходство русских в артиллерии» (Ньютон С. «Пожарник» Гитлера — фельдмаршал Модель. М.: АСТ, 2007, С.241). Результат таких контратак был предсказуем — сам Гарски, несколько ротных командиров и сотни солдат «Великой Германии» погибли. Ржев был мясорубкой как для наступающих, так и для обороняющихся.

Авторы фильма всего этого, похоже, просто не понимают. Их завораживают рассказы о множестве погибших в не приносящих решительного результата атаках. Поэтому от сказанного историком Герасимовой на 54-й минуте фильма о выполнении одной из задач ржевских баталий («ежедневно противник терял тысячи и тысячи человек») А. Пивоваров просто отмахивается.

Помимо перемалывания противника огнем артиллерии и ударами авиации, удержание за собой инициативы означает нарушение планов противника. Пусть даже за счет втягивания в позиционное сражение. Объективным результатом августовского наступления под Ржевом (помимо освобождения ряда населенных пунктов) был срыв немецких планов по срезанию сухиничского выступа (операция «Смерч»). Дивизии 9-й армии, которые по немецкому плану должны были участвовать в этой операции, были брошены на отражение советского наступления. В итоге операция «Смерч», проводимая урезанными силами, успеха не достигла. Сидение тихо как мышка, возможно, выглядит как привлекательная стратегия. Но если противник не будет сидеть так же тихо, пассивность может привести даже к большим потерям, чем позиционная баталия.

С момента начала фильма до подведения итогов летних боев проходит 55 минут. На оставшиеся два сражения за Ржевский выступ остаются буквально крохи времени. Операция «Марс», ставшая апофеозом боев под Ржевом и самой засекреченной советской операцией времен Второй Мировой войны, адекватного отражения в фильме не получила. Примерно пятиминутный фрагмент по «Марсу» вышел скомканным и маловразумительным.

Завершилось описание «Марса» в фильме кастрированной цитатой из «Воспоминаний и размышлений» Г. К. Жукова: «Разбираясь в причинах неудавшегося наступления войск Западного фронта, мы пришли к выводу, что основной из них явилась недооценка трудностей рельефа местности». После того, как слова Жукова проплывают на экране, появляется ведущий и восклицает: «и это в финале года боев!».

Фраза из «Воспоминаний и размышлений» оборвана на своей значимой части. Полностью она звучит так:

«Разбираясь в причинах неудавшегося наступления войск Западного фронта, мы пришли к выводу, что основной из них явилась недооценка трудностей рельефа местности, которая была выбрана командованием фронта для нанесения главного удара» (выделено мной — А.И.).

Далее Жуков в воспоминаниях поясняет, в чем заключалась ошибка — местность была плохо просматриваемой, что не позволяло сокрушать оборону немцев артиллерийским огнем. Почувствуйте разницу: абстрактный выбор местности и выбор направления главного удара. Полоса главного удара заведомо уже, чем фронт в целом, составляя единицы процентов его протяженности. Местность в разных точках периметра Ржевского выступа могла сильно отличаться по своим характеристикам. Соответственно опыт предыдущего года не давал однозначного ответа о перспективах наступления в любой наугад выбранной точке обороны немецкой 9-й армии. Традиционным же для позиционных сражений является перенос направления главного удара, чтобы ударить в новом месте, куда противник еще не подтянул резервы. Точка зрения Г. К. Жукова небесспорная, но в любом случае внятного разбора причин неудачи операции «Марс» не приводится. Помимо оборванной цитаты в фильме есть только версия Судоплатова, выдержанная в ключе «Сталинград главное сражение, Ржев — второстепенное».

На последних минутах фильма нам называют общую цифру потерь Красной армии в Ржевских битвах. Пивоваров озвучивает ее лично, он говорит: «согласно советской статистике, в четырех операциях под Ржевом погибли 433 тыс. красноармейцев». Что это за цифра? Это арифметическая сумма по графе «безвозвратные потери» из таблицы по Ржевско-Вяземской операции (8.01.1942–20.04.1942) и по трем Ржевско-Сычевским операциям 1942–1943 гг. из Таблицы 142 хорошо всем известной книги «Потери СССР и России в войнах XX века». Дело даже не в том, что к безвозвратным потерям относятся пленные, которые вполне могли вернуться домой, т. е. «погибли» это неточная формулировка. Цифра по Ржевско-Вяземской операции по Западному фронту это не только и не столько Ржев, но и Юхнов, Сухиничи, армия Ефремова, в конце концов, и вообще боевые действия против правого соседа 9-й армии Моделя — 4-й армии Хайнрици. По Калининскому фронту, соответственно, — действия 3-й и 4-й ударных армий под Осташковым, западнее Ржева. Одновременно налицо недоучет: в книге Кривошеева нет потерь, понесенных Калининским фронтом в результате проведения операции «Зейдлиц» т. е. окружения 39-й армии.

Общие потери якобы под Ржевом в итоге вышли в фильме на цифру 1,5 млн. человек. С оговоркой А. Пивоварова, что в последнее время называются и большие цифры. Вычленять из этой величины безвозвратные и общие потери собственно под Ржевом никто не стал. Проще говоря, дать себе труд собрать данные о потерях советских войск с января 1942 г. по март 1943 г. в полосе, занимавшейся 9-й немецкой армией. Отговорки о секретности сегодня бессмысленны: с момента появления Приказа № 181 министра обороны А. Э. Сердюкова прошло уже полтора года. Видимо это просто удобно: называть большую цифру после рассказов о том, как советских солдат «загоняли как скот» на немецкие пулеметы. При этом большая цифра противоречит сказанному авторами фильма о потерях 9-й армии. Была названа как некая общая цифра (120 тыс. человек), так и соотношение потерь «один к трем». Если 120 тыс. умножить на три, то никаких полутора миллионов не получится. Согласно хранящимся в NARA документам оберквартирмейстера немецкой 9-й армии, только в боях августа-сентября 1942 г. и ноября-декабря 1942 г. общие потери войск Вальтера Моделя составили более чем 100 тыс. человек (несколько больше 50 тыс. в каждой из операций). Соотношение потерь сторон в этих двух операциях составило примерно один к четырем. Если бы 1,5 млн. потерь относились только к Ржеву, то 9-я армия попросту перестала бы существовать, растворившись до последнего тыловика.

Использование сгруппированных по объединениям цифр из Кривошеева не имеет практической ценности в приложении к Ржеву. «Для Атоса слишком много, а для графа де ла Фер слишком мало» — для выведения соотношения потерь, понесенных в боях с ГА «Центр» в целом цифра мала, для боев за Ржевский выступ — слишком велика.

После арифметической эквилибристики А. Пивоваров сообщает нам, что «Эти цифры тоже не окончательные, потому что убитых продолжают находить до сих пор». Здесь ведущий допускает грубую ошибку. Погибшие солдаты и командиры, останки которых обнаруживают поисковые отряды на местах боев, вовсе необязательно являются неучтенными потерями. «Не похоронен официально, значит в официальные потери не вошел» — это ложный вывод. После боя хоронить убитых получалось далеко не всегда. Особенно в тех случаях, когда они оставались на контролируемой противником территории. Однако их фамилии включали в списки безвозвратных потерь в графы «убит» или «пропал без вести». «Убит» в списке потерь подразделения в данном случае означало не «похоронен», а «смерть этого человека видели сослуживцы и сообщили об этом при составлении списка потерь». Если не видели, то он пополнял печальную графу «пропавшие без вести». При этом далеко не единичными были случаи, когда учтенные как «убитые» люди оказывались живы, попадали в плен и даже возвращались из него. Неучтенные потери, разумеется, могли иметь место, но они составляли лишь небольшую часть общего итога по армии или фронту. Так что суммирование официальных данных о потерях и числа людей, останки которых найдены на полях подо Ржевом, есть безграмотность.

Что же можно сказать о документальном фильме А. Пивоварова в целом? С точки зрения изобразительных средств телевидения он сделан на очень высоком уровне. По крайней мере, сравнимом с лучшими современными образцами западных фильмов по военной тематике. Но эти мощные изобразительные средства перемалывали общеизвестные страшилки и общедоступные и малоподходящие цифры. Ключевые вопросы оказались неосвещенными:

Фильм ответил на вопрос «Зачем немцы держались за Ржев?» Нет, не ответил. Они его держали как плацдарм для будущих операций, а также как узел железных дорог, препятствующий нормальному снабжению наступлений советских войск на смоленском и витебском направлениях.

Фильм ответил на вопрос: «Зачем Красная армия штурмовала Ржев?» Нет, не ответил. Кроме версий «пустое упрямство» и шитой белыми нитками «помощи Сталинграду» нам ничего не сообщили.

В фильме были названы цифры потерь сторон в четырех описанных сражений за Ржевский выступ? Нет, не были. Вместо этого нам было предложено попурри из общих цифр, охватывающих не только и не столько Ржев, сколько московское направление в целом.

В итоге фильм получился странным и малоинфоромативным. На журналистское расследование (как заявлено в аннотации) он никак не тянет. Расследования как такового в фильме нет. Есть несколько плоских от избитости общих мест. В сущности, это не упрек телевизионщикам, а упрек историкам. Недостаточно сделавшим для того, чтобы наугад выбранный специалист по «малой земле» мог отобрать нужные цифры и факты из общедоступных книг по заданной теме.

Обсудить в сообществе


info@actualhistory.ru Все права защищены / Copyright 2008—2012 Редакция и авторы