Актуальная История
Научно-публицистический журнал

До XIX века

XIX век

XX, XXI века

Прочее

Счётчики и награды

Valid XHTML 1.0 Strict Правильный CSS! Яндекс.Метрика

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru ART БлагоДарю

Арсений Ермолов, кандидат ист. наук. ДЕЛО ПРОФЕССОРОВ: ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЕ ИТОГИ


А.С. БарсенковИтак, Общественная палата Российской Федерации вынесла свой вердикт. Осудив ученых, назначенные президентом «представители общественности» не собираются останавливаться: «итоговый документ будет направлен в Министерство образования, Генеральную прокуратуру, Президентскую Комиссию по противодействию попыткам фальсификации истории». Противник должен быть раздавлен не только морально. Официальные структуры научного сообщества тоже обозначили свою позицию. Академик РАЕН декан исторического факультета Сергей Павлович Карпов назвал книгу «маргинальной» и обещал, что «соответствующие выводы по отношению к его авторам на истфаке будут сделаны». Заместитель директора ИРИ РАН Владимир Лавров (кстати, один из соавторов учебника печально известного учебника под редакцией Зубова) пошел дальше, виня уже не только авторов, но и само российское общество: «Зачастую авторы книг, подобных учебному пособию Вдовина и Барсенкова, пользуются тем, что современное общество так до конца и не определилось с идеологическим вектором развития. В стране до сих пор не дана юридическая оценка преступлениям сталинского режима и советской эпохи».

Какие же выводы должны сделать обычные простые ученые, которые просто честно пытаются изучать историю своей страны, не заседая в академиях наук и общественных палатках?

В область общественных наук вновь вторгается идеология. Некоторое время они были от неё свободны. После того, как диктату коммунистической идеологии пришел конец, государство временно забыло об общественных науках. Это принесло им много вреда: начиная от падения их престижа в обществе и кончая нищенским существованием самих ученых. Но одно полезное следствие было: наступила эпоха научной свободы. Можно было не оглядываться, насколько твои взгляды соответствуют «решениям партии и правительства». Конечно, главной причиной этой свободы было наплевательской отношение со стороны политической элиты и к науке, и к прошлому своей страны. Но, в конце концов, наступил момент, когда ситуация изменилась. Для удержания власти в своих руках нужен контроль не только над средствами массовой информации и избирательными комиссиями. И рано или поздно внимание политической элиты должно было вернуться к истории. И, как показывает дело Вдовина и Барсенкова, это внимание не принесет исторической науке ничего хорошего. Это не будет даже возвратом к советским временам, когда поддержка официальной идеологии по крайней мере хорошо оплачивалась, и профессора и доценты не относились к социальным низам. Теперь ученых вновь хотят заставить быть идеологической обслугой. Никаких пряников им при этом не предлагают, зато показывают кнут.

Стоит задуматься: почему именно Вдовин и Барсенков? Ничего исключительного в их учебном пособии нет (при всём моем искреннем уважении к его авторам). Просто хорошо структурированный набор фактов и объяснений авторами того, почему принималось то или иное решение с минимумом моральных оценок (этот учебник предназначен для будущих профессиональных ученых, а не для профессиональных болтунов). Конечно же пособие не свободно от ошибок — так авторы цитируют  расхожую цитату Черчилля о том, что «Сталин принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой», несмотря на то что  любителями истории в интернете было доказано что это — фальшивка. Был найден и подлинный автор «речи» британского премьера — биограф Троцкого Исаак Дойчер,  а затем, в годы перестройки. ее текст был «творчески переосмыслен» общественной деятельницей Ниной Андреевой и поэтом  Феликсом Чуевым. Помимо этого атворы пособия обвиняют Сталина в  гонениях на «продажную девку кибернетику», не уточняя что осуждению подвергся «кибернетический подход» в философии и социологии, то есть попытки отдельных западных ученых поставить знак равенства между развитием общества и процессами, происходящими внутри вычислительных машин и их же предсказания о том, что в недалеком будущем кибернетические устройства полностью «отменят» рабочий класс. Развитие же первых советских ЭВМ при этом шло своим чередом.  Но авторы пособия — люди уже пожилые, Интернет не читают и могут быть просто «не в курсе» последних тенденций.  Однако их книга написана довольно взвешенно и нужно иметь довольно извращенное сознание, чтобы найти в ней какую-то крамолу. Потому в ход у обличителей пошли ловкие, но не вполне честные приемы: выдергивание цитат из контекста, трактовка объяснений как оправданий.

Например, вот одна из чаще всего цитируемых шельмователями пособия фраз: «В Советском Союзе из 70 лет его истории значительная часть приходится на годы правления, когда лидерами страны были лица нерусской национальности». Вот из какого контекста она вырвана: «В некоторых аспектах «советский империализм» давал «младшим» партнерам даже большие возможности, чем западные модели. Трудно представить, например, индийца премьер-министром Соединенного Королевства, а вьетнамца – президентом Французской Республики. В Советском Союзе из 70 лет его истории значительная часть приходится на годы правления, когда лидерами страны были лица нерусской национальности». Или, например, перл логики и красноречия от г-на Лаврова, признавшего, что помимо Вдовина и Барсенкова, цифры доли евреев приводил и историк Костырченко, но у Костырченко эти цифры были правильные, потому что он доказал ими, что проводилась политика государственного антисемитизма, а у Вдовина и Барсенкова те же самые цифры стали неправильными, так как они политику государственного антисемитизма отрицают. Между прочим, тот же Костырченко в свое время убедительно доказал что в конце правления Сталина не готовилась депортация евреев из крупных городов — так может и его стоило бы обвинить в «отрицании государственного антисемитизма»? Правда, вот незадача,— первая публикация статьи «Депортация-мистификация...» состоялась как раз на страницах еврейского журнала «Лэхаим».

Подобными способами можно приписать авторам любые взгляды и приклеить любые ярлыки. В данном случае Вдовину и Барсенкову приклеены ярлыки «антисемиты» и «сталинисты». Реальные основания для этих ярлыков таковы: авторы упомянули о большой роли евреев в истории СССР и указали, что у политики Сталина были некие рациональные основания, а у его правления были не только негативные, но и позитивные результаты. В других случаях ярлыки могут быть другими. Главное — никто не застрахован от применения такого метода по отношению к себе. Из любого исторического сочинения можно надергать цитат, доказывающих, что автор ксенофоб, оправдывает Гитлера, Сталина, Пол Пота, опасный радикал, скрытый коммунист, фашист, ваххабит, сепаратист, террорист. Именно в этом главный скрытый смысл дела Вдовина и Барсенкова: продемонстрировать, что показательная расправа может быть совершена над каждым. Поэтому на роль первых жертв выбраны уважаемые ученые, очень ответственно относящиеся к каждому своему слову, а не те, кто действительно «ходит по краю». Это послание научному сообществу: мы можем смешать с грязью, уничтожить репутацию, сломать карьеру каждому. Это демонстрация силы, призванная запугать, сломить научное сообщество, лишить его того независимого положения, которое оно заняло по недосмотру слишком занятой грабежом страны политической элиты.

Смирится ли научное сообщество с этой ролью? Реакция Карпова и Лаврова показывает, что официальные структуры готовы принимать нужные позы по первой команде. Как быть в этой ситуации честным ученым? Это, на мой взгляд, касается не только историков, но и представителей других общественных наук — они тоже в группе риска (разве что только филологи могут спать спокойно). Всем им предстоит оказаться под идеологическим давлением, и официальные научные структуры могут быть использованы для установления над ними контроля.

В этой ситуации тем, кто хочет сохранить самостоятельную позицию и имеет собственные взгляды на общество, которое он изучает, имеет смысл задуматься о самоорганизации с целью самозащиты и, если реализуются наихудшие предположения из предыдущего абзаца, выстраивания параллельного научного сообщества.  Возможно, платформой объединения станут некие общие разделяемые участниками взгляды на политику. Ведь политическое давление неизбежно должно заставить ученого или подчиниться, или политизироваться самому. Несколько таких научно-политических объединений, члены которых поддерживают друг друга морально и организационно, смогут сохранить от вознамерившейся «прихватизировать» историю элиты хоть какое-то свободное пространство. Да и на само политическое пространство могут оказать позитивное воздействие. Так что не будем отчаиваться, а будем бороться.


info@actualhistory.ru Все права защищены / Copyright 2008—2012 Редакция и авторы